Puckoon Newsing

наши традиционные вести с ирландо-английской границы: у нас уже есть 62% денег на издание (это чуть больше 100 т.р.), а у вас еще есть шанс заиметь себе гениальную книжку – причем некоторые экземпляры будут с ништяками, например, такими:

(что это такое, можно узнать, заглянув за дверь). и для пояснения – кусочек 3-й главы:


кое-что из прочитанного за каникулы в 51-й стране моего временного пребывания (и не только там):

От Сидеми до Новины. Дальневосточная сага (Библиотека альманаха От Сидеми до Новины. Дальневосточная сага by Valery Yankovsky
My rating: 5 of 5 stars

Опять у меня эта тяга к несбывшемуся (ну и по работе надо). Да и к никогда не бывшему — это же столько то, как оно было при нас, сколько то, чего мы никогда не знали и знать не могли. Потому что такие мемуары — это то, как оно могло быть.
В очередной раз стало ясно, что Маньчжурия, Корея и Приморье должны были бы стать единой и отдельной страной, это было бы логично и красиво. Со столицей во Владивостоке и своей Шамбалой на горе Пэктусан. Но возможно это было бы только при японской оккупации. А так остается в очередной же раз жалеть даже не о том, что «Цусиму просрали», а о том, что просрали такую страну.
Это становится до боли очевидным при сопоставлении его «записок охотника» и «лагерной прозы» (говорю условно). Потому что все истории об «этапах» — мощная прививка от «любви к [превратно понимаемой] родине» (и нет, песня Башлачева про Абсолютного Вахтера — не просто поэтическая метафора: Янковский описывает «бал на все времена» в мерзлых трюмах «морковок» ГУЛАГа). И советские концлагеря, конечно, включая лагеря уничтожения, от нацистских отличаются только климатом, поэтому поговорите мне еще о гуманности советской исправительно-карательной системы.
А родина может быть только «малой» — натурально тем местом, где родился, со всей страной не породнишься. Вот я и, как выясняется, видимо, по-настоящему люблю только этот странный угол Азии, которого никогда не существовало. И еще раз очевидно, до чего отвратительно все стало после прихода туда красных и большевиков — вернее, когда вся эта дрянь всплыла со дна хтонического болота. Не обязательно, кстати, русского — корейцы после 1945 года тоже отличились, результаты видны до сих пор: а тогда было тоже не очень понятно, откуда поналезла вся эта партизанская сволочь; вероятно, в Корее приход советской армии попросту легитимизировал маньчжурских хунхузов (как большевики всю эту люмпен-уголовную мразь по всей России), которых японцы безжалостно истребляли и поддерживали в стране порядок. Ну и «грабь награбленное», а как же — универсальная отмазка подонков: ведь вся эта их «классовая борьба» вытекает из лени, зависти и жадности.
Что же касается самого могучего Валерия Янковского (прожившего, напомню, 99 весьма разнообразных лет — три, если не четыре совершенно несопоставимых жизни), то он будет писатель посильнее Тургенева — и уж конечно стократ лучше мерзавца Пришвина. Вот только когда уже «Рубеж» уволит своего «корректора» Ирину Токарчук?

Собрание. Том 3. Тайга шумитСобрание. Том 3. Тайга шумит by Nikolay Baykov
My rating: 2 of 5 stars

С упорством, как некоторые считают, достойным лучшего применения я все же дочитываю третий том собрания Николая Аполлоновича Байкова, красиво изданного «Рубежом». И продолжаю недоумевать, но для начала цитата из Валерия Янковского («От Сидеми до Новины», стр. 236):

Дома, комментируя его произведения, Юрий Михайлович [Янковский] довольно критически отзывался о достоверности публикуемых Н.А. Байковым рассказов; много, мол, приукрашивает…

И дальше пару раз мимоходом говорит, что Байков-де «привирает». Тут я даже не знаю, что Янковский-старший имел в виду: у меня не возникало подозрений, что он врет о маньчжурской тайге, тут мне все кажется более-менее достоверным. Просто все это неинтересно — и сам Байков, и его служба, и его хождения по «солнопекам», и его неудачные охоты, да и причитания его о гибели «красивой природы» от рук человека фальшивы насквозь. Как и сам его язык — тот верноподданнический канцелярит, который прекрасно дожил до наших дней. Банальному Байкову попросту нечего сказать в своих текстах. Он графоман, а языковые находки в его текстах довольно случайны (вроде «угрюмых клестов»); попадаются и более-менее точные (но однообразные) речевые характеристики отдельных персонажей. Пожалуй, все — литературной ценности весь этот трехтомник по-прежнему не имеет, хотя понятна ненормальная популярность его текстов у японцев и корейцев: они легко переводимы самым посредственным переводчиком (хороший за такую ебанину браться, я бы решил, не станет) и отдают графоманией самих, к примеру, японцев, того же Мисимы (были моменты, когда я бы решил, что их писал один человек — ну или переводил один переводчик; да, мы стали недурно разбираться в разных сортах говна). Животные у него тоже антропоморфизированы, что многое говорит о его талантах писателя натуралиста (взгляд «за что?» в застывших глазах изюбря, сраженного жестокой рукой бездушного человека… что еще нужно?).
Но мало того. Еще он антисемит (на очерке о «масонско-большевистском» заговоре со мною натурально приключилась легкая истерика), впрочем не любит и презирает всех «инородцев», включая китайцев и маньчжур, среди которых провел бОльшую часть жизни. Уважает наш автор, похоже, только русских и украинцев, да еще галичан — православных братьев-славян, короче, и в этом смысле пришелся бы ко двору и нынешней власти (хоть и с некоторыми оговорками — хочется верить, что от нынешней политики он бы пришел натурально в ужас, хотя кто его знает). Великодержавный шовинист, куда ж без этого. Каково же его отношение собственно, к изображаемому «морю Шу-хай» за стертыми эпитетами, штампами и нескончаемо повторяемыми «литэратюрными» клише тоже не очень понятно. Если он эти места и любил, то как-то сильно по-своему и любовь эта неубедительна, ею он не только не заражает читателя, но и не делится вообще.
Впрочем, разгадка к третьему тому становится очевидна: Байков в маньчжурской тайге просто-напросто чужой. Посторонний. Он грезит только о далекой России — скучает даже не столько по ней как таковой (иначе принял бы революцию и так же преданно лизал бы сапоги новой власти, лишь бы в России), сколько по той вымышленной фата-моргане, которой, пожалуй, и не существовало никогда. А в Маньчжурии он не дома. Чужак. Тьфу на него.

Сокровища ангуоновСокровища ангуонов by Михаил Матюшин
My rating: 1 of 5 stars

в детстве я ее пропустил мимо – и поделом. В “приключениях” даже нарративная логика отсутствует, топография Владивостока гуляет широко и привольно (музей, судя по всему, находится там где-то между Рабочей и Матросской слободкой, а те обе располагаются на берегу бухты Золотой рог), мотиваций у поступков всех героев нет и в помине. Советская бредовая и жидкая затируха.

Борьба за роман Борьба за роман “Белая гвардия” и издательские интриги 20-х годов by Мария Мишуровская
My rating: 4 of 5 stars

Не очень понятное издание — похоже на кусок диссертации, адаптированный для публикации в толстом глянцевом журнале из тех, что получше качеством. Но тираж в 400 экз. подкупает.
Ну и нет там никаких особых интриг — а есть обычный издательский бардак, помноженный на бардак в стране и в головах ее обитателей. Жадность участников не в счет, хотя подвешенным остается вопрос: не кто дописал конец за Булгакова, конечно (на него нам тоже не отвечают), а кто извлек из всей этой аферы выгоду, какую и как именно. Но маргиналия к очерку нравов, конечно, прелюбопытная.

Так это был гудочек (Поэзия без границ)Так это был гудочек by Linor Goralik
My rating: 5 of 5 stars

Недаром там Искренко искрит в самом начале. Эта книжка вся представляет собой упражнение по реинкарнации Искренко в Линор – и бегущей строки о странных путях выживания упорной искренней традиции честного слова.

InterfaceInterface by Neal Stephenson
My rating: 4 of 5 stars

Приятно все же сознавать, насколько мы продвинулись за последние четверть века — вполне на собственной памяти, — читая такие книжки. В нем все «прото-» — прото-нёрды, прото-нанотехнологии, прото-политтехнологии. Читается прям как антропологический экскурс в прошлое. Но потом догоняет и накрывает Пинчон-паранойей, и на текст подсаживаешься, хотя (а может, и потому, что) роман скроен по лекалам и рецептам коммерческого чтива: главы умоподъемной длины, сцены чередуются в своем алгоритме, фигуры умолчания создают саспенс и подгоняют вперед, фонового знания дается в меру, экшн не раздражает.
Фантастики как таковой тут тоже не очень есть, вернее она — «ближнего действия по-американски», а не по-советски: т.е. все этот вполне вероятно и допустимо. Обложка да, не врет — это честный политический триллер с циничными персонажами, которые отлично знают, что делают, и умеют работать, а лучше таких персонажей я не знаю, что может быть. И еще «Интерфейс» — превосходный взгляд на то, из чего состоит «тело американской политики», о котором узнаешь больше, чем из газетных новостей (вот, я опять откатился к метафоре четвертьвековой давности — ну кто сейчас читает газеты? из фидов каких-нибудь, конечно).
Квасным патриотам читать его, конечно, совершенно бесполезно, они и слов таких не знают, как «выборы»: зазор между американским политическим сознанием и его русским отсутствием по-прежнему непреодолим. Хотя практически все фигуры на русских политических горизонтах — уже давно не люди, а спецэффекты, поэтому поди знай.

…оп-па. вот они его и не читают. на русском этого романа, оказывается, не существует.

Путешествие на Марс: Фантастическая повесть (Polaris: Путешествия, приключения, фантастика. Вып. LXXXIII)Путешествие на Марс: Фантастическая повесть by Л.Б. Афанасьев
My rating: 1 of 5 stars

Вполне себе нелепая (и, конечно же, антинаучная) фиготень: автора (и его героев, само собой) в первую очередь интересует, как поставить женщину на место, чтоб босая, беременная и на кухне. Про дыры в логике и бессвязность повествования я уж молчу.

На Луну!: Веселое путешествие отчаянных шалунов (Сказка, похожая на быль) (Polaris: Путешествия, приключения, фантастика. Вып. LXXI)На Луну!: Веселое путешествие отчаянных шалунов (Сказка, похожая на быль) by Авиатор
My rating: 1 of 5 stars

В 1914 году детская литература была такой же идиотской, как и после 1917-го. Зато понятно, у кого учились классики советской словесности. Ну и нынешним “читателям” бы очень понравилась эта беззубая и безграмотная жвачка. (А “Саламандре” в очередной раз честное спасибо за это окололитературное откровение).

Сигналы Вселенной (Океан световых лет. Том I) (Polaris: Путешествия, приключения, фантастика. Вып. LXXII)Сигналы Вселенной (Океан световых лет. Том I) by Vladimír Babula
My rating: 2 of 5 stars

 

Планета трех солнц (Океан световых лет. Том II) (Polaris: Путешествия, приключения, фантастика. Вып. LXXХII)Планета трех солнц (Океан световых лет. Том II) by Vladimír Babula
My rating: 2 of 5 stars

Просоветская “благостная” фантастика, основная цель которой – сделать читателю спокойно и приятно. Поначалу я было принял это за “фантастику ближнего действия”, но нет, не она – никакому моему однофамильцу-описателю гребешковых плантаций на солнечной энергии (или что у него там было?) и в голову бы не пришло рефреном задавать вопрос “Так с какой же же скоростью распространяется в безвоздушной пространстве гравитация?”.

В целом же две эти части трилогии неубедительны и бредовы как с научной, так и с фантастической точки зрения (далее по каждой позиции – списки из 30 пунктов претензий, но я их, пожалуй, опущу – они такие же, как у всей советской “фантастики” середины прошлого века: это неумелый трэшак, хоть и странно увлекательный иногда).

Тема с Норвегией, однако, пришлась удивительно к месту, и я должен сказать, что описанная Бабулой социалистическая Норвегия далекого будущего угадана вполне себе точно (т.е. “ближнее действие” тут сработало, сам видел) – особенно развившийся Осло. Да и отомороженный соратник Амундсена – придумка вполне комичная (хоть и глуповатая: эдакий сознательный, но неразвитой попутчик, чтоб читателю было с кем ассоциироваться; жаль только что во второй части нам не показали самого ожившего Амундсена; а третьей на русском так и нет до сих пор). Зато прочие персонажи – обычное советское пропагандистское фуфло: все гуд-гаи (позитивные ученые) – славяне, все бэд-гаи (недобитые империалисты) – фашысты (как национальность, понятно) или англосаксы.

Ну и да – сам текст никакими литературными достоинствами не отмечен и самостоятельной ценности в себе не несет – это перевод на русский с пересказа с чешского на украинский. Так что, возможно, в исходнике и нет таких дыр в фабуле и тех глупостей, что присутствуют в этом тексте.


ну и раз пошла такая пьянка, вот два примечательных образца музыки на русском языке:

(…интересно, сколько сейчас стоят гимны сибирских городов. ну потому что я не знаю – иначе это по любви, что ли?)

Advertisements

Leave a comment

Filed under just so stories, men@work

Leave a Reply

Fill in your details below or click an icon to log in:

WordPress.com Logo

You are commenting using your WordPress.com account. Log Out / Change )

Twitter picture

You are commenting using your Twitter account. Log Out / Change )

Facebook photo

You are commenting using your Facebook account. Log Out / Change )

Google+ photo

You are commenting using your Google+ account. Log Out / Change )

Connecting to %s